Vypracovala: Lenka Šichtová
Павел Дмитриевич Корин (1892 – 1967) – русский живописец, Народный художник СССР (1962). Лауреат Ленинской премии (1963).
Руководил реставрацией мастерской Музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина.
Центральным, но так и не оконченным, полотном Павла Корина считается Реквием (Русь уходящая). Наиболее известные работы: триптих Александр Невский, портреты Жукова и Горького. Обширная коллекция икон, собранных Кориным, является одной из известнейших и наиболее изученных в России.
Павел Корин
Павел Корин – одна из самых крупных, сложных и трагических фигур в русском искусстве XX века. Он родился в семье потомственного иконописца из Палеха. Жизненная стезя была предопределена. Однако талант требовал развития. Корин перебирается в Москву, в 1911 году становится помощником Михаила Васильевича Нестерова в работе над росписью церкви Марфо-Мариинской обители. Встреча с Нестеровым, понимавшим искусство как духовный подвиг, а также другая „встреча“ – с творчеством Александра Андреевича Иванова, преклонение перед его подвижнической жизнью укрепили в Корине мечту отдать всю жизнь служению искусству, достичь высот мастерства, стать продолжателем великих традиций русской живописи.
Пребывание в Риме, Милане, Венеции и Париже и увиденное за восемь месяцев, которые он провел, осматривая музеи, соборы и другие достопримечательности эпохи европейского Ренессанса, пригодилось ему в дальнейшей работе.
Главный творческий замысел – огромную, размером восемь метров на двенадцать, картину – Корину воплотить в жизнь не удалось. Приготовленный холст так и остался чистым. Задумал ее художник в те дни, когда хоронили главу Русской православной церкви патриарха Тихона, известного своим бесстрашным противостоянием произволу большевиков. Погребение состоялось в Донском монастыре, в Москву съехалось великое множество народу, и тут вдруг художник узрел старую Русь. Ее дух проступал в светлых, открытых лицах собравшихся монахов, странников да и всех верующих, истово молившихся за помни души покойного.
Первоначально Корин хотел написать картину под названием Изъятие церковных ценностей. Реквизиция драгоценной утвари в Божьих храмах, согласно большевистскому декрету, началась с Москвы. Вот художник и решил изобразить реальную сцену: посреди Успенского собора – груда золотых и серебряных вещей. Представитель власти – угрюмая фигура в кожанке – как бы подтверждает революционную целесообразность происходящего беззакония. Тут же, под сводами древнего храма – и служители церкви, и митрополит, и простые люди. Среди них нет безучастных. Но никто не пытается остановить произвол: большинство осознает свое бессилие, а кому-то попросту страшно. И лишь калека-юродивый готов с проклятьями броситься на представителя ненавистной власти.
Корин сделал несколько эскизов картины, каждый из которых занимал большое полотно, и показал Горькому. Классик соцреализма пришел в восторг, но комиссара в кожанке посоветовал убрать, а композицию Реквием, написанную под впечатлением заупокойного богослужения по Тихону, назвать Русь уходящая. После смерти Горького в 1936 году обстоятельства жизни художника резко изменились, он фактически был вынужден прекратить работу над картиной. Уже подготовленный огромный холст так и остался нетронутым. Эскиз показывает, что Русь уходящая могла стать самым значительным произведением русской живописи после 1917 года, исполненным мощи и символического значения. Это Церковь, выходящая на бой. В центре – три патриарха, Тихон, Сергий и Алексий, современником которых был Корин. Перед ними митрополит в красном пасхальном облачении (Пасха - праздник Воскресения и вечной жизни). Огромный архидиакон непомерно (и намеренно) длинной рукой вздымает вверх кадило жестом, означающим начало литургии: „Благослови кадило, Владыка!“ - но обращается не к патриархам, как того требует обычай, а как бы прямо к Богу. Это Церковь, „уходящая“ в вечность. Корин не написал, как хотел, самой великой и грандиозной своей картины, но и без нее он состоялся как крупный и интересный художник, автор замечательных и выдержавших проверку временем работ.
Реквием. Русь уходящая. Эскиз. 1935-1959
По сути, те же качества духовного подвижничества подчеркивает Корин в портретах деятелей культуры и науки, заказ на которые художник получает в 1939 году. Среди портретируемых - М. В. Нестеров, Алексей Николаевич Толстой, актеры В. И. Качалов, Л. М. Леонидов, пианист К. Н. Игумнов; после войны к ним добавились портреты М. С. Сарьяна, С. Т. Коненкова, Кукрыниксов, итальянского живописца Р. Гуттузо. При всем мастерстве и силе этих произведений, в самой их живописи есть ощущение трагического надрыва, живопись как бы замыкается и кристаллизуется, уходит непосредственность, картины словно закованы в броню гладких, плотных мазков. Это естественно. И сам Корин чувствует себя воином, постоянно отражающим натиск враждебных сил.
В годы Великой Отечественной войны художник обращается к исторической теме, работать над которой он продолжал до самой смерти. Образы воинов - защитников не просто родной земли, но духовных идеалов России - привлекают Корина. Таков Александр Невский - центральная фигура знаменитого одноименного триптиха (1942), - в котором живут черты и святых с древнерусских икон, и могучих героев итальянского Возрождения.
Всю жизнь Корин вел бой. Как художник. Как собиратель обреченных на гибель произведений древнерусского искусства. Как выдающийся реставратор, которому человечество обязано спасением многих великих произведений, в том числе шедевров Дрезденской галереи. Как общественный деятель - защитник культурных памятников России. Но одержать главную победу - завершить труд, к которому он сознавал себя призванным, - Корину не удалось.
О Павле Дмитриевиче Корине порой говорят как о замечательном художнике, „зарывшем свой талант в землю“. Это преувеличение, конечно, но интересно, что его самые монументальные произведения можно увидеть... именно под землей! Им выполнены красочные плафоны с изображением героев военной истории отечества для станции метро Комсомольская, а на станции Новослободская подсвеченные изнутри витражи и мозаика Мир во всем мире созданные по эскизам Корина, украшают пилоны вдоль перронов и подземного зала.
Отличительные черты живописного языка художника – зрелищная броскость, яркость и особая пластика.
ZDROJ:
-
Соловьев, В.: Золотая книга русской культуры. Москва : Белый город, 2007.
Obrazová literatúra: